История светодиодов: свечение лосева

История светодиодов: свечение Лосева

Ученик 5-ого класса реального училища дореволюционной Твери Олег Лосев что ни вечер тихо копошился в собственной полутайной домашней радиолаборатории, которую оборудовал на средства, сэкономленные от школьных завтраков, и мастерил еще одну электронную «пищалку». И никто поразмыслить не мог, что в умеренном обходительном мальчугане, выделявшемся посреди одноклассников глубиной осознания физики, любовью к экспериментированию, формируется личность целеустремленного исследователя.

А началось все с общественной лекции о беспроволочной телеграфии, как в то время называли радио, с которой выступил начальник Тверской радиоприемной станции Б. М. Лещинский. В четырнадцать лет Олег Лосев делает окончательный выбор: его призвание — радиотехника.

Большой актуальной фортуной оказалась для Лосева случайная дорожная встреча с наикрупнейшим радиоспециалистом тех пор доктором В. К. Лебединским. В вагоне пригородного поезда познакомились и навечно сдружились маститый ученый и увлеченный парень. Олег зачастил на Тверскую радиоприемную станцию интернациональных сношений, куда Лебединский приезжает из Москвы для научных консультаций.

Идет глобальная война — станция занимается перехватом радиосообщений противника. Ученик В. К. Лебединского поручик М. А. Бонч-Бруезич, страстный пропагандист радиодела, всячески опекает молодого радиолюбителя. В домашней лаборатории Олега бурлит работа: испытываются когерреры, делаются кристаллические сенсоры.

Наступил революционный 1917 год. Лосев в это время кончает среднюю школу. Он грезит стать радиотехником. Но для этого нужно получить особое образование, и он подает документы в Столичный институт связи.

В 1918 году деятельная группа во главе с Бонч-Бруезичем переезжает в Нижний Новгород, где создается 1-ый в Русской Рф радиотехнический научно-исследовательский институт — Нижегородская радиолаборатория (НРЛ). В. К.

Лебединский становится председателем Совета НРЛ и редактором первого российского научного радиожурнала «Телеграфия и телефония без проводов» («ТиТбп»). НРЛ сыграла крупную роль в развитии российскей радиотехники.

Лосев проучился в институте связи всего один месяц и скоро оказался в Нижнем Новогороде — в кругу собственных учителей и покровителей. Не обошлось, естественно, без активной агитации со стороны В. К. Лебединского.

Бескорыстный, внимательный преподаватель взял на себя ответственность за образование юного человека.

Лосев включился в исследовательскую деятельность лабораторий, занятых разработкой новейших для тех пор радиотехнических средств.

Увлечение беспроволочной телеграфией в те годы обхватывало весь мир. Уже отошла в историю стеклянная трубка с стальными опилками — когеррер, и издавна освоенный кристаллический сенсор переставал удовлетворять растущие запросы радистов. Наступала эпоха электрической лампы.

Но их было очень не достаточно, по существу, единственный тип радиолампы Р-5, ну и та оставалась пределом желаний всех одержимых радиотехникой. Потому животрепещущей задачей тех лет было усовершенствование кристаллического сенсора. Эти приборы работали очень нестабильно.

Лосев инспектирует чистоту поверхности и наружное строение кристаллов, в разных режимах изучает вольт-амперные свойства сенсоров и оценивает действующие на их причины.

Юный исследователь не покидает Нижегородскую лабораторию днями: деньком проводит опыты, ночкой занимает «свое место» на площадке третьего этажа, до выхода на чердак, где стоит его кровать, а одеялом служит пальто. Таким был «комфорт» начала 20-х годов.

История светодиодов: свечение Лосева

Это был 1-ый гетеродинный прием на базе полупроводникового прибора. Приобретенный эффект, по существу, являйся прототипом транзисторного эффекта. Лосеву удалось выявить маленький падающий участок свойства, способный приводить к самовозбуждению колебательный контур.

Так, 13 января 1922 года 19-летний исследователь сделал выдающееся открытие.

Усвоют и на теоретическом уровне обрисуют его много позднее, а пока — практический итог: радисты всего мира получают в руки обычный детекторный приемник, работающий не ужаснее дорогого лампового гетеродина, при том без массивных батарей питания, без дефицитнейших электрических ламп и сложной наладки.

Огромное количество материалов испробовал Лосев в качестве рабочего кристалла. Наилучшим оказался облагороженный цинкит, получаемый сплавлением в электронной дуге естественных цинкитных кристаллов либо незапятанной окиси цинка. Контактным волоском служила железная игла.

Описание полупроводникового приемника с генерирующим кристаллом появилось в печати — это было последнее слово радиотехники. Скоро Олег разработал целый ряд радиосхем с кристаллами и написал для радиолюбителей брошюру с подробными чертами приемников и советами по изготовлению кристаллов.

Сходу после первой публикации открытие Лосева завлекло пристальное внимание забугорных профессионалов. Южноамериканский журнальчик «Рэйдио ньюс» восклицал: «Молодой российский изобретатель О. В.

Лосев передал свое изобретение миру, не взяв на него патента!» Один из французских журналов писал тактичнее: «…Лосев обнародовал свое открытие, думая сначала о собственных друзьях — радиолюбителях всего мира». Приемник Лосева получил заглавие «Кристадин», что означало кристаллический гетеродин.

Кристадин воспринимал слабенькие сигналы дальних передающих станций, увеличивал избирательность приема, ослаблял уровень помех.

Волна радиолюбительства окутала молодежь страны, началась «криста-динная лихорадка». Цинкит было тяжело достать, пробовали, что попадалось под руку, — хоть какой кристалл.

Массовые исследования принесли еще одну находку — галенит (искусственный свинцовый сияние), он хорошо работал, и его было много.

Позднее ученые будут спорить: почему же в 20-е годы не был открыт транзистор? Почему даровитый исследователь, не исчерпав всех способностей собственного открытия, вдруг оставил его? Что принудило повернуть работу в другое русло? Ответ есть…

В 1923 году, экспериментируя с детектирующим контактом на базе пары «карборунд — железная проволока», Олег Лосев нашел на стыке 2-ух разнородных материалов слабенькое свечение. Ранее такового явления он не следил, но до этого и использовались другие материалы.

Карборунд (карбид кремния) был испробован в первый раз. Лосев повторил опыт — и опять полупрозрачный кристалл под узким железным острием засветился. Так, малость более 60 годов назад было изготовлено одно из перспективнейших открытий электроники — электролюминесценция полупроводникового перехода.

Нашел Лосев явление случаем либо тому были научные предпосылки, на данный момент судить тяжело.

Так либо по другому, но юный профессиональный исследователь не прошел мимо необыкновенного явления, не отнес его в разряд случайных помех, напротив, направил самое пристальное внимание, угадал, что оно базируется на еще неведомом экспериментальной физике принципе.

Свечение неоднократно изучалось на разных материалах, в различных температурных критериях и электронных режимах, рассматривалось под микро-скопом. Лосеву становилось все более естественным, что он имеет дело с открытием.

«Вероятнее, что тут происходит совсем типичный электрический разряд, не имеющий, как указывает опыт, накаленных электродов», пишет он в очередной статье.

Итак, новизна, неизвестность науке открытого свечения для Лосева безусловна, но осознания физической сути явления еще как бы нет.

Формулировалось несколько версий по поводу физических обстоятельств открытого свечения. Одну из их он высказывает в той же статье: «Вероятнее всего, кристалл сияет от электрической бомбардировки аналогично свечению разных минералов в круксовых трубках».

Позднее, проверяя это разъяснение, Лосев помещает разные кристаллы в катодо-люминесцентную трубку и при облучении их ассоциирует диапазоны и силу излучаемого света с подобными чертами детекторного свечения.

Находится существенное сходство, но вопрос о точном осознании физики явления, по словам Лосева, остается открытым.

Все усилия ученый сосредоточивает на глубочайшем и детализированном исследовании светящегося карборундового сенсора.

В № 5 журнальчика «ТиТбп» за 1927 год возникает большая статья «Светящийся карборундовый сенсор и детектирование с кристаллами», в какой экспериментатор пишет: «Можно различать два вида свечения… свечение ! — зеленовато-голубая, колоритная малая точка и свечение II, когда ярко флуоресцирует значимая поверхность кристалла». Только через несколько десятилетий выяснится, что в кристаллической решетке карборунда в итоге случайного внедрения атомов других частей создавались активные центры, в каких происходила насыщенная рекомбинация носителей тока, вследствие чего наружу выбрасывались кванты световой энергии.

Экспериментируя с разными сортами кристаллов и различными контактными проволоками, О. В.

Лосев делает два важных вывода: свечение происходит без выделения тепла, другими словами является «холодным», инерция появления и потухания свечения очень мала, другими словами оно фактически безынерционно.

Сейчас мы знаем: эти свойства свечения, отмеченные Лосевым в 20-е годы, являются важными для нынешних светодиодов, индикаторов, оптронов, излучателей инфракрасного света.

Физическая суть свечения как и раньше неясна, и О. В. Лосев напористо отыскивает разъяснение физики явления.

Скоро он делает одно принципиальное наблюдение, приближающее к осознанию сущности процесса: «Под микроскопом можно отлично созидать, что свечение появляется тогда, когда контактная проволочка касается острых ребер либо изломов кристалла…», другими словами генерация света происходит на кристаллических недостатках.

Технические отчеты за 1927 год, хранящиеся в архивах НРЛ имени В. И. Ленина, подтверждают, как серьезно велось исследование светящегося карборундового сенсора.

Изучалось воздействие сильного магнитного поля, уф-излучения и рентгеновских лучей; поведение в разных средах — испы- тывалась ионизация воздуха, окружающего свечение, исследовалась термоэмиссия разных минералов. Одна за другой отпадают неверные версии, шаг за шагом идет скопление ценных познаний. Лосев сам готовит для тестов разные сорта карборунда, монтирует испытательные установки, пилит и точит металл, занимается измерениями, ведет рабочие журнальчики — все сам, от идеи до конечных результатов.

Исследования Лосеза по электролюминесценции получили широкий отклик и признание за рубежом. Его работы перепечатывали зарубежные журнальчики, а открытие получило официальное заглавие — «свечение Лосева». И за границей и у нас делались пробы его практического использования.

Сам Лосев получил патент на устройство «световое реле», но слабенькая разработка в тот период теории твердого тела и практически полное отсутствие полупроводниковой технологии не позволили при жизни ученого отыскать работам по электролюминесценции практическое применение.

По существу, они относились к дилеммам грядущего, и до их дошла очередь только через 20- 30 лет.

Практическое внедрение эффекта свечения Лосева началось в конце 50-х годов. Этому содействовало освоение полупроводниковых устройств: диодов, транзисторов, тиристоров.

Не полупроводниковыми оставались только элементы отображения инфы — массивные и ненадежные.

Потому во всех развитых в научно-техническом отношении странах велась насыщенная разработка полупроводниковых светоизлучающих устройств.

Первым из их стал серийно выпускаться фосфидо-галлиевый светоднод красноватого свечения. Прямо за ним появился карбидокремниевый диодик с излучением желтоватого цвета. В шестидесятые годы физики и технологи сделали зеленоватый и оранжевый светодиоды.

В конце концов, сначала текущего десятилетия на антимониде был получен голубий светоднод. Параллельно шел поиск новых технологических способов, полупроводниковых материалов и прозрачных пластмасс.

В конечном итоге насыщенной работы была существенно увеличена яркость свечения устройств, разработаны разные типы сегментных циф-робуквенных индикаторов, матричных индикаторов и линейных шкал.

Приборы с изменяющимся цветом свечения, также разные типы светодиодных мнемонических излучателей, которые высвечивают различные геометрические фигуры: прямоугольник, треугольник, круг и т. д. В ближайшее время появился новый класс устройств — модули плоских твердотелых экранов, из которых можно собирать мозаичные экраны и табло последнего поколения.

Ученый обогнал собственных современников.

Его награда не только лишь в открытии детекторного свечения, но, приемущественно, в том, что своими исследовательскими работами он настолько остро поставил делему, что продолжение работ в этой области стало неминуемым. Так, интуиции и напористости О. В. Лосева должно зарождение нового направления электроники — полупроводниковой оптоэлектроники, которое имеет большущее будущее.

История светодиодов: свечение Лосева

История светодиодов: свечение Лосева

История светодиодов: свечение Лосева

Ученик пятого класса реального училища дореволюционной Твери Олег Лосев что ни вечер тихо копошился в своей полутайной домашней радиолаборатории, которую оборудовал на средства, сэкономленные от школьных завтраков, и мастерил очередную электрическую «пищалку». И никто подумать не мог, что в скромном вежливом мальчике, выделявшемся среди одноклассников глубиной понимания физики, любовью к экспериментированию, формируется личность целеустремленного исследователя.

А началось все с публичной лекции о беспроволочной телеграфии, как в то время называли радио, с которой выступил начальник Тверской радиоприемной станции Б. М. Лещинский. В четырнадцать лет Олег Лосев делает окончательный выбор: его призвание — радиотехника.

Большой жизненной удачей оказалась для Лосева случайная дорожная встреча с крупнейшим радиоспециалистом того времени профессором В. К. Лебединским. В вагоне пригородного поезда познакомились и навсегда сдружились маститый ученый и увлеченный юноша. Олег зачастил на Тверскую радиоприемную станцию международных сношений, куда Лебединский приезжает из Москвы для научных консультаций.

Читайте также:  Как отремонтировать провод, кабель или шнур

Идет мировая война — станция занимается перехватом радиосообщений противника. Ученик В. К. Лебединского поручик М. А. Бонч-Бруезич, страстный пропагандист радиодела, всячески опекает юного радиолюбителя. В домашней лаборатории Олега кипит работа: испытываются когерреры, изготавливаются кристаллические детекторы.

Наступил революционный 1917 год. Лосев в это время заканчивает среднюю школу. Он мечтает стать радиотехником. Но для этого необходимо получить специальное образование, и он подает документы в Московский институт связи.

В 1918 году  инициативная группа во главе с Бонч-Бруезичем переезжает в Нижний Новгород, где создается первый в Советской России радиотехнический научно-исследовательский институт — Нижегородская радиолаборатория (НРЛ). В.

К. Лебединский становится председателем Совета НРЛ и редактором первого отечественного научного радиожурнала «Телеграфия и телефония без проводов» («ТиТбп»). НРЛ сыграла крупную роль в развитии отечественной радиотехники.

Лосев проучился в институте связи всего один месяц и вскоре оказался в Нижнем Новогороде — в кругу своих учителей и покровителей. Не обошлось, конечно, без активной агитации со стороны В. К. Лебединского.

Бескорыстный, внимательный педагог взял на себя ответственность за образование молодого человека.

Лосев включился в исследовательскую деятельность лабораторий, занятых разработкой новейших для того времени радиотехнических средств.

Увлечение беспроволочной телеграфией в те годы охватывало весь мир. Уже отошла в историю стеклянная трубка с железными опилками — когеррер, и давно освоенный кристаллический детектор переставал удовлетворять растущие запросы радистов. Наступала эра электронной лампы.

Однако их было крайне мало, по существу, единственный тип радиолампы Р-5, да и та оставалась пределом мечтаний всех одержимых радиотехникой. Поэтому актуальной задачей тех лет было усовершенствование кристаллического детектора. Эти приборы работали весьма неустойчиво.

Лосев проверяет чистоту поверхности и внешнее строение кристаллов, в различных режимах изучает вольт-амперные характеристики детекторов и оценивает влияющие на них факторы.

Молодой исследователь не покидает Нижегородскую лабораторию сутками: днем проводит эксперименты, ночью занимает «свое место» на площадке третьего этажа, перед выходом на чердак, где стоит его кровать, а одеялом служит пальто. Таким был «комфорт» начала 20-х годов.

История светодиодов: свечение Лосева

Это был первый гетеродинный прием на основе полупроводникового прибора. Полученный эффект, по существу, являйся прообразом транзисторного эффекта. Лосеву удалось выявить короткий падающий участок характеристики, способный приводить к самовозбуждению колебательный контур.

Так, 13 января 1922 года 19-летний исследователь сделал выдающееся открытие.

Поймут и теоретически опишут его много позже, а пока — практический результат: радисты всего мира получают в руки простой детекторный приемник, работающий не хуже дорогого лампового гетеродина, при том без громоздких батарей питания, без дефицитнейших электронных ламп и сложной наладки.

Множество материалов испробовал Лосев в качестве рабочего кристалла. Лучшим оказался облагороженный цинкит, получаемый сплавлением в электрической дуге естественных цинкитных кристаллов или чистой окиси цинка. Контактным волоском служила стальная игла.

Описание полупроводникового приемника с генерирующим кристаллом появилось в печати — это было последнее слово радиотехники. Вскоре Олег разработал целый ряд радиосхем с кристаллами и написал для радиолюбителей брошюру с подробными характеристиками приемников и рекомендациями по изготовлению кристаллов.

Сразу после первой публикации открытие Лосева привлекло пристальное внимание зарубежных специалистов. Американский журнал «Рэйдио ньюс» восклицал: «Молодой русский изобретатель О. В. Лосев передал свое изобретение миру, не взяв на него патента!» Один из французских журналов писал тактичнее: «…

Лосев обнародовал свое открытие, думая прежде всего о своих друзьях — радиолюбителях всего мира». Приемник Лосева получил название «Кристадин», что означало кристаллический гетеродин. Кристадин принимал слабые сигналы далеких передающих станций, повышал избирательность приема, ослаблял уровень помех.

Волна радиолюбительства охватила молодежь страны, началась «криста-динная лихорадка». Цинкит было трудно достать, пробовали, что попадалось под руку, — любой кристалл.

Массовые исследования принесли еще одну находку — галенит (искусственный свинцовый блеск), он неплохо работал, и его было много.

Позже ученые будут спорить: почему же в 20-е годы не был открыт транзистор? Почему одаренный исследователь, не исчерпав всех возможностей своего открытия, вдруг оставил его? Что заставило повернуть работу в иное русло? Ответ есть…

В 1923 году, экспериментируя с детектирующим контактом на основе пары «карборунд — стальная проволока», Олег Лосев обнаружил на стыке двух разнородных материалов слабое свечение. Раньше такого явления он не наблюдал, но прежде и использовались другие материалы.

Карборунд (карбид кремния) был испробован впервые. Лосев повторил опыт — и снова полупрозрачный кристалл под тонким стальным острием засветился. Так, немного более 60 лет назад было сделано одно из перспективнейших открытий электроники — электролюминесценция полупроводникового перехода.

Обнаружил Лосев явление случайно или тому были научные предпосылки, сейчас судить трудно.

Так или иначе, но молодой талантливый исследователь не прошел мимо необычного явления, не отнес его в разряд случайных помех, напротив, обратил самое пристальное внимание, угадал, что оно базируется на еще неизвестном экспериментальной физике принципе.

Свечение многократно изучалось на различных материалах, в разных температурных условиях и электрических режимах, рассматривалось под микро-скопом. Лосеву становилось все более очевидным, что он имеет дело с открытием.

«Вероятнее, что здесь происходит совершенно своеобразный электронный разряд, не имеющий, как показывает опыт, накаленных электродов», пишет он в очередной статье.

Итак, новизна, неизвестность науке открытого свечения для Лосева бесспорна, но понимания физической сущности явления еще нет.

Формулировалось несколько версий по поводу физических причин открытого свечения. Одну из них он высказывает в той же статье: «Вероятнее всего, кристалл светится от электронной бомбардировки аналогично свечению различных минералов в круксовых трубках».

Позже, проверяя это объяснение, Лосев помещает различные кристаллы в катодо-люминесцентную трубку и при облучении их сравнивает спектры и силу излучаемого света с аналогичными характеристиками детекторного свечения.

Обнаруживается значительное сходство, но вопрос о четком понимании физики явления, по словам Лосева, остается открытым.

Все усилия ученый сосредоточивает на глубоком и детальном изучении светящегося карборундового детектора.

В № 5 журнала «ТиТбп» за 1927 год появляется большая статья «Светящийся карборундовый детектор и детектирование с кристаллами», в которой экспериментатор пишет: «Можно различать два вида свечения…

свечение ! — зеленовато-голубая, яркая маленькая точка и свечение II, когда ярко флуоресцирует значительная поверхность кристалла».

Только через несколько десятилетий выяснится, что в кристаллической решетке карборунда в результате случайного внедрения атомов других элементов создавались активные центры, в которых происходила интенсивная рекомбинация носителей тока, вследствие чего наружу выбрасывались кванты световой энергии.

Экспериментируя с различными сортами кристаллов и разными контактными проволоками, О. В.

Лосев делает два важнейших вывода: свечение происходит без выделения тепла, то есть является «холодным», инерция возникновения и потухания свечения чрезвычайно мала, то есть оно практически безынерционно.

Теперь мы знаем: эти характеристики свечения, отмеченные Лосевым в 20-е годы, являются важнейшими для сегодняшних светодиодов, индикаторов, оптронов, излучателей инфракрасного света.

Физическая сущность свечения по-прежнему неясна, и О. В. Лосев настойчиво ищет объяснение физики явления. Вскоре он делает одно важное наблюдение, приближающее к пониманию сути процесса: «Под микроскопом можно хорошо видеть, что свечение возникает тогда, когда контактная проволочка касается острых ребер или изломов кристалла…

», то есть генерация света происходит на кристаллических дефектах. Технические отчеты за 1927 год, хранящиеся в архивах НРЛ имени В. И. Ленина, подтверждают, насколько обстоятельно велось исследование светящегося карборундового детектора.

Изучалось влияние сильного магнитного поля, ультрафиолетового излучения и рентгеновских лучей; поведение в различных средах — испы- тывалась ионизация воздуха, окружающего свечение, исследовалась термоэмиссия различных минералов. Одна за другой отпадают ошибочные версии, шаг за шагом идет накопление ценных знаний.

Лосев сам готовит для экспериментов различные сорта карборунда, монтирует испытательные установки, пилит и точит металл, занимается измерениями, ведет рабочие журналы — все сам, от идеи до конечных результатов.

Исследования Лосеза по электролюминесценции получили широкий отклик и признание за рубежом. Его работы перепечатывали иностранные журналы, а открытие получило официальное название — «свечение Лосева». И за границей и у нас делались попытки его практического использования.

Сам Лосев получил патент на устройство «световое реле», однако слабая разработка в тот период теории твердого тела и почти полное отсутствие полупроводниковой технологии не позволили при жизни ученого найти работам по электролюминесценции практическое применение.

По существу, они относились к проблемам будущего, и до них дошла очередь лишь через 20— 30 лет.

Практическое использование эффекта свечения Лосева началось в конце пятидесятых годов. Этому способствовало освоение полупроводниковых приборов: диодов, транзисторов, тиристоров.

Не полупроводниковыми оставались только элементы отображения информации — громоздкие и ненадежные.

Поэтому во всех развитых в научно-техническом отношении странах велась интенсивная разработка полупроводниковых светоизлучающих приборов.

Первым из них стал серийно выпускаться фосфидо-галлиевый светоднод красного свечения. Вслед за ним появился карбидокремниевый диод с излучением желтого цвета. В шестидесятые годы физики и технологи создали зеленый и оранжевый светодиоды. Наконец, в начале текущего десятилетия на антимониде был получен синий светоднод.

Параллельно шел поиск новых технологических методов, полупроводниковых материалов и прозрачных пластмасс. В итоге интенсивной работы была значительно увеличена яркость свечения приборов, разработаны различные типы сегментных циф-робуквенных индикаторов, матричных индикаторов и линейных шкал.

Приборы с изменяющимся цветом свечения, а также различные типы светодиодных мнемонических излучателей, которые высвечивают разнообразные геометрические фигуры: прямоугольник, треугольник, круг и т. д.

В последнее время возник новый класс приборов — модули плоских твердотелых экранов, из которых можно собирать мозаичные экраны и табло нового поколения.

Ученый опередил своих современников.

Его заслуга не только в открытии детекторного свечения, но, главным образом, в том, что своими исследованиями он столь остро поставил проблему, что продолжение работ в этой области стало неизбежным.

Так, интуиции и настойчивости О. В. Лосева обязано зарождение нового направления электроники — полупроводниковой оптоэлектроники, которое имеет огромное будущее.

 Применение светодиодов в электронных схемах

Первый в мире светодиод |

Кто изобрел первый светодиод? Сложно представить современную жизнь без того, чтобы в ней не присутствовали светодиодные светильники. Взять хотя бы многочисленные смартфоны, телевизоры или светодиодные светильники, к которым мы  уже привыкли, и которые украшают наши улицы и витрины. А как все начиналось?

Олег Владимирович Лосев

Первый светоизлучающий диод и практическое устройство с его применением создал наш соотечественник,  советский инженер-самоучка –  Олег Владимирович Лосев  (1903-1942).     Он подробно изучил и описал эффект «холодного свечения»,  полученный при помощи полупроводниковых кристаллов.

По сути, он является первым изобретателем светодиода, фотодиода, лавинного диода, полупроводникового гетеродинного приемника, прототипа транзистора, факса и телетайпа!

 Целью экспериментов Лосева было – создание недорогого детектора, без использования ламп,  для своего радиоприемника «Кристадина».

   В 1922 году, экспериментируя с кристаллическим детектором для радиоприемника (пара карбид кремния — стальная проволока), Олег Владимирович Лосев обнаружил в месте контакта двух разных материалов «холодное свечение» –  без инерции, разогрева и выделения тепла.

 Интересно отметить, что современный лидер в области светодиодного История светодиодов: свечение Лосеваосвещения – американская фирма CREE, добилась высочайших результатов энергоэффективности светодиодов, благодаря «новой» (в кавычках) карбид-кремниевой технологической платформе.

28 февраля 1927 года Лосевым было подано заявление на выдачу патента на “Световое реле” (патент №12191),  которое навсегда закрепило за российской наукой приоритет первооткрывателя в области полупроводниковой электролюминесценции.

Суть изобретения заключалась в использовании светодиода в качестве детектора телеграфных и телефонных сигналов, и записи модулированного светового потока на фотопленку.

После многочисленных публикаций, исследования Олега Владимировича по электролюминесценции получили широкий отклик и признание во всем мире. Его работы широко освещали иностранные издания, а открытие получило История светодиодов: свечение Лосеваофициальное название — «свечение Лосева».  Один из французских журналов писал: “…Лосев безвозмездно опубликовал свое открытие, потому что думал, о своих друзьях – радиолюбителях всего мира”.

          Сегодня трудно даже подумать о том, что когда-то всего этого светового разнообразия не существовало, но мы каждый день теперь сталкиваемся с подтверждением того, что светодиоды – результат огромного труда и многолетних исследований.

Именно «свечение Лосева» позволяет нам сегодня наслаждаться тем светом, который, дает современный светодиодный светильник, используемый для освещения. За его видимой простотой скрывается многолетний труд ученых и инженеров, позволивший создать этот осветительный прибор.Светодиодные лампы и прожекторы сегодня стали неотъемлемыми элементами окружающего пространства.

История создания светодиодов

Первое сообщение об излучении света твёрдотельным диодом сделал в 1907 году британский экспериментатор Генри Раунд из лаборатории Маркони.

Как и в обычном полупроводниковом диоде, в диоде светоизлучающем, ток легко проходит в прямом направлении и не проходит в обратном. Электроны при этом теряют энергию, которая в большей или меньшей степени, в зависимости от материала полупроводника, преобразуется в фотоны — это называется электролюминесценцией.

В 1923 году двадцатилетний руководитель Нижегородской радиотехнической лаборатории, в то время авангарда советской радиотехники, Олег Владимирович Лосев заметил голубоватое свечение, испускаемое некоторыми полупроводниковыми детекторами, которые преобразуют высокочастотный сигнал радиостанции в низкочастотный звуковой в простейших радиоприёмниках. Холодный свет рождался внутри карбидокремниевого кристалла вследствие неизвестных тогда электронных превращений.

Интенсивность излучения была столь ничтожной, что научная общественность фактически не увидела его, по крайне мере, в переносном смысле. Вообще О. В. Лосев обессмертил свое имя двумя открытиями: что полупроводниковый кристалл может усиливать и генерировать высокочастотные радиосигналы, и именно этим — обнаружением испускания ими света при протекании тока.

Он-то вполне оценил практическую возможность создавать малогабаритные твёрдотельные (безвакуумные) источники света с низким напряжением питания (менее 10 В) и высоким быстродействием. Он получил два авторских свидетельства на «Световое реле» — это в 1927 г. закрепило за СССР приоритет в области светодиодов.

Но лишь четверть века спустя учёные всерьёз занялись «полупроводниковым светом» — промышленная разработка светоиспускающих полупроводниковых диодов (LED, СИД) началась в 1951 г. в США в Центре по разработке ламп, работающих на основе эффекта Лосева. В 1961 г.

американцы Гари Питтман и Роберт Байард из компании Texas Instruments запатентовали светодиод инфракрасного излучения. Но он имел сложную, непрактическуюструктуру.

  • История светодиодов: свечение Лосева Первые LED видимого излучения промышленного назначения на основе GaAsP/GaP создал в лаборатории Университета штата Иллинойс Ник Холоньяк, он считается отцом современных светодиодов.
  • Последние десять лет светодиоды шагают шире и результативнее, чем за предшествующие сто.

В те же годы созданы первые СИД красного и жёлто-зелёного излучения в пределах верхней границы восприятия человеческого глаза (500–600 нм) при световой отдаче 1–2 Лм/Вт — для индикаторного прибора приемлемо. Но стоимость — примерно $200. Всё же в 1968 г. фирма Monsanto выпустила первую серию таких индикаторных ламп. А компания Hewlett-Packard тут же построила светодиодный дисплей, предназначенный для рекламы — слабосветящийся, отображающий информацию только красным цветом — но первый в мире. Ученик Н. Холоньяка — Джордж Крафорд — получил жёлтое свечение светодиода, повысив его яркость в десять раз. Дальнейшее бурное развитие создания светодиодов шло по двум направлениям: расширение диапазона излучения и увеличение светового потока. Всё — на основе поиска материала полупроводника. В семидесятые годы лауреат Ленинской премии, академик Жорес Иванович Алферов изобрел и изготовил многопроходные двойные гетероструктуры на основе GaAs, благодаря чему удалось значительно увеличить внешний световой поток СИД — до 15 % красной части спектра (светоотдача около10 Лм/Вт), и не менее 30 % — для инфракрасного излучения. За этот прорыв Ж. И. Алферов удостоен Нобелевской премии. Между тем, Дж. Панков в лаборатории IBM создал на GaN светодиоды с голубым и фиолетовым излучением — однако, с малым сроком службы. В 1976 году выходят в свет жёлтые, жёлто-зелёные и красно-оранжевые светодиоды на фосфидах Al, Ga, In, разработанные компанией Hewlett Packard и — что важно — выпущенные в серию. В начале восьмидесятых М. В. Чукичев и Г. В. Сапарин в МГУ обнаружили яркое люминесцентное свечение образца GaN, легированного цинком, при воздействии на него электронного пучка. Понять причину этого явления в то время ученым не удалось. К 1985 г. поток света СИД стабильно увеличился до 10 лм, появилась возможность их применения как самостоятельных световых источников типа лампочки в автомобилях. Создание LED синего диапазона не удавалось вплоть до 1991 г., пока доктор Ш. Накамура из компании Nichia Chemical не создал гетероструктуру на InGaN (и к 1994 г. довёл LED на ней до крупносерийного производства). Благодаря этому замкнулся RGB-круг, и появилась возможность получать любые цветовые оттенки путем смешения цветов красного (R), зелёного (G) и синего (B). Использоваться могут как три отдельных светодиода, так и три кристалла в одном корпусе. В 1993 г. Nichia выпустила LED с цветами от голубого до зелёного — теперь светодиоды освоили весь видимый спектр. А в 1997 г. Фред Шуберт из политехнического института Ренсселера изготовил однокристалльный светодиодный прибор, излучающий в белом спектре — по технологии, использующей люминофор с накачкой синим светодиодом. В 1999 г. Ш. Накамура заявил, что яркость LED достигает уже 60 лм/Вт, и они становятся адекватной альтернативой лампам накаливания (100 ваттная ЛН даёт 15 лм/Вт). В 2008 г. в Bilkent university в Турции получили 300 лм/Вт с использованием нанокристаллов. К 2006 года светодиоды заняли на современном рынке в мобильных устройствах — 50 %, в автомобильной светотехнике 15 %, всевозможных табло, рекламе — 15 %. А в настоящее время в качестве альтернативного освещения они занимают от трети до половины от общего.

Эффект Лосева

Я уверен, не многие из нас задумывались над тем, а с чего началась светодиодная революция.? А стоило бы задаться вопросом : кто положил начало работам в этом направлении?

И эта статья – просто дань уважения нашей с Вами истории. Тем более что основоположником работ в этом направлении был наш соотечественник.

История светодиодов: свечение Лосева

Имя Олега Владимировича Лосева, известно лишь небольшому кругу специалистов. Но его вклад в науку, в развитие радиотехники трудно переоценить.

Будучи учеником пятого класса реального училища дореволюционной Твери, Олег Лосев оборудовал домашнюю лабораторию, где занимался конструированием электротехнических поделок.

Уровень занятий электротехникой в таком возрасте не был чрезвычайно высоким, но именно так и начиналась дорожка к великим открытиям, которые оценены в настоящее время.

Среди одноклассников Олег Лосев выделялся любовью к экспериментированию, пониманием законов физики, наблюдательностью.

А начало интересу Лосева было положено благодаря лекции «О беспроволочной телеграфии», с которой выступил начальник Тверской радиоприемной станции Б. М. Лещинский.

К четырнадцати годам Олег Лосев сделал окончательный выбор в жизни — радиотехника. Этому способствовала его случайная встреча с крупнейшим радиоспециалистом того времени профессором В. К. Лебединским. И Олег Лосев, увлекшись идеями радио, зачастил на Тверскую радиоприемную станцию международных сношений (так тогда называлась тверская радиостанция).

Во время первой мировой войны радиостанция занимается перехватом радиосообщений противника, и помимо работы в радиостанции под руководством поручика М.А. Бонч-Бруевича, Олег Лосев увлеченно испытывает различные приборы, когереры, изготавливает кристаллические детекторы.

В революционном 1917 году Лосев оканчивает среднюю школу. Он не расстается со своей мечтой стать радиотехником и поступает в Московский институт связи. Лосев проучился в институте связи всего месяц. В 1918 году, под влиянием активной агитации В.К.

Лебединского, молодой исследователь попадает в инициативную группу во главе с Бонч-Бруевичем в Нижнем Новгороде, где создается первый в Советской России радиотехнический научно-исследовательский институт — Нижегородская лаборатория. Профессор В.К.

Лебединский берет «под крыло» молодого исследователя и Олег Лосев активно включается в исследовательскую деятельность. В то время весь мир увлечен беспроволочной телеграфией.

Ушли в историю стеклянные трубки-когереры с железными опилками, и кристаллический детектор уже не удовлетворял растущие запросы радистов. Развивалось новое направление — электронные лампы.

Их было крайне мало. Единственный тип радиоламп Р-5, да и те оставались пределом мечтаний всех одержимых радиотехникой.

Поэтому одной из актуальнейших задач того времени было усовершенствование кристаллического детектора.

В то время Олег Лосев занимается проверкой чистоты поверхности и внешним строением кристаллов, в различных режимах изучает вольт-амперные характеристики детекторов и оценивает влияющие на них факторы.

Работа в лаборатории ведется практически круглосуточно: днем проводятся эксперименты, ночью — короткий сон на площадке третьего этажа перед выходом на чердак , где стоит его кровать и пальто вместо одеяла. В начале 20-х годов это были вполне комфортные условия.

Исследование вольт-амперных характеристик детекторов приводит Олега Лосева к пониманию, что некоторые образцы имеют странную кривую с падающим участком. Детектируют они столь же неустойчиво, и Лосеву становится крайне интересен этот эффект.

Наверное, это и было знаменитое чутьё исследователя, так как в конце 1921 года, во время короткого отпуска в Твери, Лосев продолжает опыты в своей лаборатории. Он снова берет цинкит и угольный волосок от старой лампы, начинает испытывает детектор.

На удивление он слышит в наушниках какую-то далекую станцию с чистыми и громкими сигналами азбуки Морзе. Это абсолютно ни на что не похоже, и Лосев понимает: прием не детекторный!

В общем то это и был первый гетеродинный прием на основе полупроводникового прибора. Полученный сигнал был прообразом транзисторного эффекта. Лосеву удалось выявить короткий падающий участок характеристики, приводящий к самовозбуждению колебательного контура.

Таким незатейливым образом и в совершенно простых условиях домашней лаборатории, 13 января 1922 года 19-летним Лосевым было сделано выдающееся открытие.

Поймут и теоретически опишут этот эффект много позже, а пока что налицо практический результат: у радистов всего мира есть простой детекторный приемник, работающий не хуже дорогого лампового гетеродина, при том без громоздких батарей питания, без дефицитнейших электронных ламп и сложной наладки.

Самим Лосевым в качестве рабочего кристалла было испробовано множество материалов. Лучшим из них оказался облагороженный цинкит. В качестве контактного волоска служила стальная игла.

Описание полупроводникового приемника с генерирующим кристаллом появилось в печати как последнее слово радиотехники.

Вскоре Олегом Лосевым был разработан целый ряд радиосхем с кристаллами и написана брошюра для радиолюбителей с подробными характеристиками приемников и рекомендациями по изготовлению кристаллов.

Сразу же после первой публикации открытие Лосева привлекло внимание зарубежных специалистов. Американский журнал «Рэйдио ньюс» писал: «Молодой русский изобретатель О. В. Лосев передал свое изобретение миру, не взяв на него патента!» — это было действительно крайне необычно, особенно по нынешним временам.

А один из французских журналов писал несколько тактичнее: «…Лосев обнародовал свое открытие, думая, прежде всего о своих друзьях — радиолюбителях всего мира». Приемник Лосева с названием «Кристадин» принимал слабые сигналы далеких передающих станций, повышал избирательность приема, ослаблял уровень помех.

Среди молодежи страны началась настоящая «кристадинная лихорадка». Цинкит было трудно достать, пробовали, что попадалось под руку, — любой кристалл. Массовые исследования принесли еще одну находку — галенит (искусственный свинцовый блеск), он неплохо работал, и его было много.

Позже ученые будут спорить, почему же в 20-е годы не был открыт транзистор? Почему одаренный исследователь, не исчерпав всех возможностей своего открытия, вдруг оставил его? Наверное, ответ на этот вопрос заключается в том, что в 1923 году, экспериментируя с детектирующим контактом на основе пары «карборунд — стальная проволока», Олег Лосев обнаружил на стыке двух разнородных материалов слабое свечение. Ранее такого явления он не наблюдал, но прежде и использовались другие материалы. Карборунд (карбид кремния) был испробован впервые. Лосев повторил опыт , и снова полупрозрачный кристалл под тонким стальным острием засветился. Вот так более 90 лет назад было сделано одно из перспективнейших открытий электроники — электролюминесценция полупроводникового перехода.

Трудно судить сейчас было ли это случайным открытием или нет, но так или иначе, молодой талантливый исследователь не прошел мимо необычного явления, не отнес его в разряд случайных помех, а обратил самое пристальное внимание и угадал, что это явление базируется на еще неизвестном экспериментальной физике принципе.

Свечение многократно изучалось на различных материалах, в разных температурных условиях и электрических режимах, рассматривалось под микроскопом. И Лосеву становилось все более очевидным, что он имеет дело с открытием. «Вероятнее, что здесь происходит совершенно своеобразный электронный разряд, не имеющий, как показывает опыт, накаленных электродов», писал он в очередной статье.

Формулировалось несколько версий по поводу физических причин открытого свечения. Одна из них была высказана Лосевым в той же статье: «…Вероятнее всего, кристалл светится от электронной бомбардировки аналогично свечению различных минералов в круксовых трубках».

Позже, проверяя это объяснение, Лосев помещает различные кристаллы в катодо-люминесцентную трубку и при облучении их сравнивает спектры и силу излучаемого света с аналогичными характеристиками детекторного свечения.

Он обнаруживает значительное сходство, но вопрос о четком понимании физики явления, по словам Лосева, остается открытым.

Все усилия ученый сосредоточивает на глубоком и детальном изучении светящегося карборундового детектора.

В № 5 журнала «ТиТбп» за 1927 год появляется большая статья «Светящийся карборундовый детектор и детектирование с кристаллами», в которой Лосев пишет: «Можно различать два вида свечения…

свечение I — зеленовато-голубая, яркая маленькая точка и свечение II, когда ярко флуоресцирует значительная поверхность кристалла».

Только через несколько десятилетий выяснится, что в кристаллической решетке карборунда в результате случайного внедрения атомов других элементов создавались активные центры, в которых происходила интенсивная рекомбинация носителей тока, вследствие этого наружу выбрасывались кванты световой энергии.

Эксперименты с различными кристаллами и разными контактными проволоками заставляют Лосева сделать два важнейших вывода: свечение происходит без выделения тепла, то есть является «холодным»; инерция возникновения и потухания свечения чрезвычайно мала, то есть свечение практически безинерционно. Теперь мы знаем что эти характеристики свечения, отмеченные Лосевым в 20-е годы, являются важнейшими для сегодняшних светодиодов, индикаторов, оптронов, излучателей инфракрасного света.

В тот момент времени физическая сущность свечения по-прежнему оставалась неясна, и Лосев настойчиво ищет объяснение физики этого явления.

Вскоре он делает одно важное наблюдение, которое приближает его к пониманию сути процесса: «Под микроскопом можно хорошо видеть, что свечение возникает тогда, когда контактная проволочка касается острых ребер или изломов кристалла…», то есть генерация света происходит на кристаллических дефектах.

Технические отчеты за 1927 год подтверждают насколько обстоятельно велось исследование светящегося карборундового детектора.

Изучалось влияние сильного магнитного поля, ультрафиолетового излучения и рентгеновских лучей, поведение в различных средах , испытывалась ионизация воздуха, окружающего свечение, исследовалась термоэмиссия различных минералов. Лосев сам готовит для экспериментов различные сорта карборунда, монтирует испытательные установки, занимается измерениями, ведет рабочие журналы . Все сам, от идеи до конечных результатов.

Исследования Лосева по электролюминесценции получили признание за рубежом. Его работы перепечатывали иностранные журналы, а открытие получило официальное название — «свечение Лосева». И за границей, и у нас делались попытки его практического использования. Сам Лосев получил патент на устройство «световое реле».

Однако слабая разработка теории твердого тела в тот период и почти полное отсутствие полупроводниковой технологии, не позволили при жизни ученого найти фундаментальным работам по электролюминесценции практическое применение. По существу они относились к проблемам будущего, и до них дошла очередь лишь через 30— 40 лет.

Практическое использование эффекта свечения Лосева началось в конце пятидесятых годов. Этому способствовало освоение полупроводниковых приборов: диодов, транзисторов, тиристоров.

Не полупроводниковыми оставались только элементы отображения информации — громоздкие и ненадежные.

Поэтому во всех развитых в научно-техническом отношении странах велась интенсивная разработка полупроводниковых светоизлучающих приборов.

Первый серийный полупроводниковый светоизлучающий прибор — фосфидо-галлиевый светодиод красного свечения. Вскоре появился карбидокремниевый диод с излучением желтого цвета. В шестидесятые годы физиками были созданы зеленые и оранжевые светодиоды. Наконец, в начале текущего десятилетия на антимониде был получен синий светодиод.

Параллельно шел поиск новых технологических методов, полупроводниковых материалов и прозрачных пластмасс. В итоге интенсивной работы была значительно увеличена яркость свечения приборов, разработаны различные типы сегментных цифробуквенных индикаторов, матричных индикаторов и линейных шкал.

В настоящее время становится понятен вклад русского ученого в общемировую науку.

Безусловно О. В. Лосев опередил своих современников. Его исследования были настолько многогранными и имели под собой такой исследовательский потенциал, что продолжение работ в этой области стало неизбежным.

Так интуиции и настойчивости О. В. Лосева обязано зарождение нового направления электроники — полупроводниковой оптоэлектроники, которое имеет огромное будущее и напрямую связано с благосостоянием человечества.

Остается лишь добавить, что такими соотечественниками как величайший русский и советский ученый О.В. Лосев можно гордиться.

Легенда «Losev light» Советский ученый, опередивший время

Легенда «Losev light» Советский ученый, опередивший время. 

Мы живем в эпоху, когда за скоростью научного прогресса обычному человеку уследить практически нереально. В нашем мире постоянно совершаются самые невообразимые открытия. В 2014 г. Нобелевскую премию по физике получили японские ученые, которые в 1990-х совершили революционный прорыв в сфере светодиодных технологий.

Однако, все эти удобные, практичные и эффективные устройства обязаны своему появлению не только лучшим умам современности. Это мало кто знает, но заложил надежную платформу под все сегодняшние свершения великий советский физик Олег Владимирович Лосев. Его изобретения, оказавшие масштабное влияние на научную мысль он сделал в родной Твери.

Все эксперты сходятся во мнение, что он принес в мир изобретения мирового масштаба. Именно советский ученый Олег Лосев первым в мире доказал, что полупроводниковый кристалл может усиливать и генерировать высокочастотные радиосигналы. Он также открыл электролюминесценцию полупроводников, то есть испускание ими света при протекании электрического тока.

Одним словом, с него началась эра полупроводников.

Детская любовь к физике

Олег Владимирович Лосев родился 10 мая 1903 года в Твери. Его отец, бывший офицер, был служащим на Тверском вагоностроительном заводе(в те годы он назывался Верхневолжский завод железнодорожных материалов). Олег поступил учиться в Тверское реальное училище.

Он сделал правильный для себя выбор, ведь у юного Лосева с раннего возраста проявилась склонность к физике и технике. Интересно то, что Физику в ту пору в реальном училище преподавал Вадим Леонидович Лёвшин. Знакомство помогло укрепить будущему легендарному ученому в правильности выбранного пути.

С того момента Олег Лосев начал заниматься физикой не только на уроках, но и посвящал ей все свое свободное время. Кстати, сам Левшин в скором времени станет весьма известным ученым. 

Знакомство с радиотехникой

В годы Первой мировой войны в Твери была сооружена и начала свою работу военная радиоприемная станция. Этот объект принимал послания от союзников России по Антанте, после чего они направлялись при помощи телеграфа в Петроград и Москву.

Однажды в 1917 году Олег Лосев случайно посетил публичную лекцию начальника радиостанции о «беспроволочном телеграфе». В те годы этот термин считался более понятным, чем «радио», и в то же время – более научным. После этой лекции Олег стал частенько бывать на радиостанции, подружился с единомышленниками, а главное — влюбился в радиотехнику.

При радиостанции благодаря энтузиазму сотрудников образовалась «внештатная» вакуумная лаборатория, в которой энтузиасты начали заниматься разработкой радиоламп под руководством М.А. Бонч-Бруевича, который тогда был энергичным и высокообразованным офицером-электротехником.

Это еще одна легендарная личность на пути Лосева – Бонч-Бруевич затем стал профессором, признанным мэтром электроники. В Тверь, на передовую станцию достаточно часто приезжал из Москвы профессор В.К. Лебединский, известный специалист в области естественных наук, их талантливый пропагандист и популяризатор.

Он сразу же разглядел призвание Лосева и стал всячески поощрять его любознательность. В 1918 году радиостанция из Твери переехала в Нижний Новгород. Вместе с ней туда отправился и Олег Лосев. Об этом периоде советский ученый всегда отзывался очень тепло.

Для Олега началась новая увлекательная жизнь, которая была безраздельно посвящена любимой радиотехнике. Вплоть до того, что Лосев даже ночевал в лабораторном здании на лестничной площадке перед чердаком. Тем более, в Нижнем Новгороде у Олег у него не было ни семьи, ни комнаты, ни быта.

После выполнения обязательных по лаборатории работ он с удовольствием переходил к самостоятельным экспериментам с кристаллическими детекторами. Он любил и умел работать в одиночку и головой, и руками. О доверии к специалисту говорит тот факт, что именно Олегу Лосеву поручили исследовать возможность радиоприема без радиоламп, которые были дороги в изготовлении и капризны в эксплуатации.

В июне 1921 года Олег Лосев подготовил первую научную публикацию о магнитных усилителях. В январе 1922 года ученый гостил у родителей в Твери, отдых он посвятил работе.

Именно там он собрал первый радиоприемник, где вместо электролампы работал кристалл цинкита, который в контакте с металлическим острием генерировал колебания. Это была настоящая инновационная технология для 20-х годов.

Приемник Лосева был прост в изготовлении и доступен даже самым рядовым радиолюбителям. В условиях того, что СССР в те годы только восстанавливался после войны, дешевизна и простота приборы были особенно ценны.

Передовое издание тех лет, журнал «Телеграфия и телефония без проводов» в скорости опубликовал статью Олега Лосева «Детектор-генератор, детектор-усилитель». После этого изобретение Олега Лосева получило высокую оценку, он получил задание изготовить образцы своего радиоприемника для промышленного производства.

Возник широкий резонанс, изобретением Олега Лосева заинтересовались и за рубежом. Один из французских журналов опубликовал статью, дав ей заголовок «Он подарил свое открытие миру». В этой статье Лосева называли профессором.

Западные специалисты не могли поверить, что такое эпохальное открытие совершил молодой специалист, у которого на тот момент даже не было высшего образования.

Сейчас мы должны знать, что современные достижения в сфере светодиодных технологий базируются на работах великого советского ученого. Все началось с того, что в конце 20-х годов Олег Лосев сделал еще одно открытие. Проведя исследования, он обнаружил, что у кристаллических детекторов в точках контакта острия с металлом появляется свечение.

Наиболее яркое свечение он наблюдал у кристаллов карборунда. Через некоторое время в Америке это свечение назовут «Losev light» – «свечение Лосева».

Сигнальные индикаторы, световые диоды, оптическая связь, часы и калькуляторы, полупроводниковые лазеры – все это самым непосредственным образом связано с открытием Лосева! Именно на нем основаны такие привычные сегодня вещи, как телевидение, сигнализация, светотехника и др.

В 1928 году воссоединился прекрасный творческий тандем Олега Лосева с Бонч-Бруевичем. Олег перевелся в Ленинград в Центральную лабораторию треста заводов слаботочной электропромышленности, которой руководил как раз М.А. Бонч-Бруевич.

За свои выдающиеся научные результаты Лосев становится кандидатом физико-математических наук без защиты диссертации(!). В начале 1941 года Олег Лосев начинает работать над статьей «Метод электролитных фотосопротивлений. Фоточувствительность некоторых сплавов кремния».

А ведь это то самое направление, которое дало человечеству концепции солнечных батарей и конструкции космических аппаратов. Эту работу прервала война. Олег Лосев остался в блокадном Ленинграде. 22 января 1942 года он умер от истощения. После войны большинство его трудов было опубликовано.

В 1971 году открытиям Олега Лосева, многие из которых намного опередили свое время, была посвящена книга.

Подготовил Евгений Гайворонский

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Adblock
detector